Поиск

Наши партнёры



 Рейтинг@Mail.ru

 

 

 

Курдская проблема в ИРИ после разгрома режима Саддама Хусейна

Курдская проблема в ИРИ после разгрома
режима Саддама Хусейна

 

                                                                             Александр Лукоянов

Политика иранского руководства по отношению к курдам, как и к другим национальным меньшинствам, принципиально не менялась со времён монархии. Центральные власти всегда стремились держать районы, населенные этими народами, в состоянии умиротворения, исходя из интересов сохранения территориальной целостности государства. Ради достижения этой цели власти прибегали ко всевозможным и хорошо известным мирным и немирным средствам воздействия как на национальных лидеров, так и на широкие слои населения.

Радикальные изменения, происшедшие в иранском обществе после падения шахской монархии и установления исламского республиканского режима, иранские курды в большинстве своём восприняли критически. Попытки воспользоваться ослаблением центральной власти для достижения собственно курдских национальных интересов натолкнулись на жесткое противодействие со стороны нового руководства. В том числе и со стороны его умеренного крыла, которое так же, как и радикалы-хомейнисты, рассматривали стремление ряда курдских лидеров к получению Курдистаном широкой автономии как угрозу государственной безопасности.

На некоторое время Курдистан превратился в оплот вооруженной иранской оппозиции новой власти. Эти силы, в том числе Организация моджахедов народа Ирана (ОМНИ), активно поддерживались из-за рубежа. Как со стороны Саддама Хусейна, так и со стороны США, заинтересованных в падении исламского режима Ирана.

Новой иранской власти удалось усмирить Курдистан. Однако со сложившимся положением вещей курды мириться не хотели, стремясь к получению как можно более широких прав и возможностей. При этом они очень болезненно реагировали на любые формы проявления несправедливости к своему этносу со стороны руководства государства.

Лидеры ИРИ, со своей стороны, понимали, что для превращения Курдистана в лояльную правительству провинцию, необходимо все более интегрировать его в общеиранские экономические, политические и проч. структуры при одновременном предоставлении курдам новых возможностей для развититя национальной культуры.

Много сделал в этом направлении президент Исламской Республики Иран Саид Мухаммед Хатами, которого поддерживало подавляющее большинство иранских курдов, ожидавших от него больших перемен в своей судьбе в лучшую сторону.

В Иранском Курдистане за последние годы было создано множество культурных центров; в университете г. Сенендеджа появилось отделение курдского языка. Стал издаваться ряд новых курдских газет. В иранском парламенте появилась курдская фракция; иранское телевидение ввело 2-х часовые программы на курдском языке.

Пусть медленно, но началось и экономическое освоение этого региона. Создавались промышленные предприятия. В частности, созданы предприятия по добыче (около 1, 5млн. тонн в 2000 г.) минерального сырья (гранит, мрамор гипс и др.), которое успешно экспортируется в Турцию и Ирак. На предприятиях этой отрасли занято более 2000 человек.

В декабре 2003 г. начальник управления промышленности и горнорудных дел провинции Курдистан заявил, что сдесь скоро, впервые в Иране, начинается производство тяжелых тракторов. На сельскохозяйственные проекты выделяются немалые средства, которые, правда, далеко не всегда используются по назначению местной администрацией.

В начале августа 2000 г. президент ИРИ посетил провинцию Курдистан с целью продемонстрировать своё уважение к курдскому народу как к полноправному хозяину страны наряду с другими населяющими его народами. Выступая в столице провинции, г. Сенен-дедж, он заявил: “Иран одинаково принадлежит арабам, курдам, тюркам; у нас общая трехтысячелетняя история”. И при этом под-черкнул, что курды являются народом, который при шахском режиме пострадал более других.

Власти всегда старались выделять именно то общее, что исторически связывало и сближало курдов с персами и другими народами Ирана.

Например, Курдистан отнесён к числу наиболее важных провинций страны с точки зрения обладания им памятниками культуры и истории. В марте 2004 г. об этом заявил глава фонда культурного наследия провинции Курдистан Мохаммад Ибрагим Зараи, отметив, что в Курдистане обнаружено более 1 500 памятников истории и культуры, таких как курганы, мосты, здания и мечети, а 600 из них уже внесены в реестр памятников истории и культуры Ирана.

М.Хатами попытался опираться в Курдистане на лояльных к властям курдских общественных деятелей, которым позволялось достаточно откровенно и публично говорить о проблемах курдов и их претензиях к властям. Примеры тому Абдоллах. Рамазанзаде, тегеранец, получивший образование на Западе; Джалаль Джалализаде, курдский профессор теологии; Абдул Манем Мардук ,выходец из влиятельной религиозной семьи Сенендеджа (более 700 лет назад прибыла в город) и др.

Рамазанзаде в 1997 г. был назначен на пост губернатора Курдистана и до 2002 г активно поддерживал реформистский курс президента Хатами в этой провинции. (В 2002 г. он был переведен в аппарат администрации президента пресс-секретарём правительства Ирана).

Абдул Манем Мардук с легкостью победил на выборах в местные органы власти, что некоторые исследователи рассматривали как тенденцию восстановления утраченных позиций суннитской курдской элиты, некогда сдавшей свои позиции радикальным курдским лидерам светского типа.

Восстановлению позиций религиозных вождей курдов способствовали сами иранские власти, которым удалось нейтрализовать курдские организации светского типа. Хотя, видимо, ещё остались подпольные структуры Демократической партия Иранского Курдистана (ДПИК) и Революционной партия трудящихся Курдистана (РПТК).

Однако после ликвидации двух видных лидеров ДПИК (в 1989 и 1992 годах были убиты генеральные секретари ДПИК А.Касемлу и А.Шарифкинди) новое руководство партии светским можно назвать условно, полагают некоторые аналитики, поскольку они – выходцы из религиозных семей. Оппозиционная борьба курдов или их протестные выступления стали приобретать всё более отчетливый религиозный характер. Правящий режим воспринимался, прежде всего, как шиитский и потому враждебный курдам-суннитам.

Особенно ярко это проявилось во время выступлений курдов в 2003 г. и в начале 2004 г..

Хотя руководство ИРИ никогда не стремилось подчеркивать свою шиитскую исключительность. Оно давно перешло от решительного курса силового подавления национальных конфликтов к либерализации общественной деятельности неперсидских этносов, проводя более эффективную политику постепенного сближения различных общественно-политических сил на основе общеиранской мусульманской культуры.

Уместно отметить, что ДПИК поддерживала во все времена как официальные, так и неофициальные контакты с курдами Ирака. Особенно это касается клана Барзани (его лидер возглавляет Демократическую партию Курдистана - ДПК), который родственными узами связан с курдами соседнего Ирана. Эти связи всегда принимались во внимание иранским руководством, которое понимало, что на политическое поведение иранских курдов оказывают события не только в самом Иране, но и в других частях Курдистана. Особенно в Ираке, где курды добились широкой автономии. В значительной мере благодаря США.

Естественно, что Иран всегда внимательно следил за событиями вокруг Ирака. И до военной операции американцев против режима Саддама Хусейна, во время и после её завершения.

Накануне войны Иран занимал осторожную позицию. Он готов был сотрудничать с США в деле свержения своего давнего врага и даже использовать своё влияние на шиитскую общину Ирака. В то же время искал пути сотрудничества с иракскими курдами, понимая, что характер решения курдской проблемы в Ираке будет в значительной мере определять и поведение иранских национальных меньшинств, и прежде всего иранских курдов, не расстающихся с мечтой об автономии и даже создания собственного национального государства. Позиция Ирана накануне войны - это смешанное чувство надежды на ослабление своего противника, и тревоги за свое будущее. Официально Тегеран выступал с очень умеренных позиций, не выказывая открытой поддержки США и подчёркивая, что при любом развитии событий он - за сохранение территориальной целостности Ирака.

Реакцию официального Ирана на начало военный действий США в Ираке хорошо характеризует небольшой эпизод о художнике по имени Физулла из г. Сакез (иранский Курдистан). Иранская пресса сочла нужным его обнародовать. Узнав о начале войны в знак протеста против начала военных действий со стороны США, этот художник сжег свои произведения, посвященные памяти жертвам химической бомбардировки курдского города Халабжа.

Более 80 своих работ он выставил на суд общественного мнения в центральном парке этого города. В последний день работы этой выставке он в присутствии жителей сжег свои работы. Физулла сказал, что уничтожение своих картин - это своего рода акт самосожжение как единственный механизм недопущения войны и реакция художника на возможность повторения трагедии Халабджи.

Художник уверен, что начало американцами военной операции приведет к повторению трагедии курдского города Халабджа и многочисленным жертвам среди невинного мирного населения. Интерпретировать это сообщение можно по-разному, но одно несомненно - Иран был недоволен американским решением начать войну против Ирака, и недоволен позицией курдов, вставших на путь активного сотрудничества с США, как бы давая понять, что такая политика не принесёт курдам ничего хорошего.

Конечно, иранцы ведут, как всегда сложную игру в регионе. Как и другие страны. Отношение к своим курдам в этой ситуации было как всегда двойственным. Поддержка лояльных, преследование и уничтожения откровенно враждебных режиму курдов. Похоже, что на них не распространилась позже даже амнистия по случаю 25-летия иранской революции в феврале 2004 г.

Вполне естественно, что недоволен Иран был и непримиримыми курдскими организациями прямо призывавшими США вторгнуться в Иран и свергнуть иранский режим. Представитель ДПИК Халид Азизи заявил в начале мая 2003 г., что делегация его партии встречалась с руководством США, в том числе с официальными представителями Пентагона. Она критиковала политику США в отношении Ирана и призвала США помочь иранской оппозиции свергнуть правящий режим.

Он заявил, что члены его как минимум не будут препятствовать американцам, если они атакуют Иран. Данное сообщение было передано информационной службой Курдиш Медиа 2 мая 2003 г. из Лондона.

Закономерно, что в последующем радикальная оппозиция не могла рассчитывать на милость властей Ирана, которые не отличаются сентиментальностью, но которые с американцами умеют торговаться и договариваться не хуже курдов, а может быть и лучше курдов.

Уже в июне 2003 г. появились сообщения о намерении иранских властей казнить троих курдских оппозиционеров за их принадлежность к запрещенной ДПИК.

Как сообщает Курдиш Медиа, Национальный конгресс Курдистана обратился к мировому сообществу с призывом воздействовать на иранские власти, чтобы не допустить смертной казни.

«В то время как арабы и курды работают совместно над созданием федеративного государства в Ираке, исламский режим в Иране продолжает политику репрессий против всех народов страны, в частности против курдского населения», — говорится в заявлении.

В документе также отмечается, что в марте 2003 г., когда в Тегеране была комиссия ООН по правам человека, исламские власти демонстративно казнили трех молодых курдов. Теперь подобная участь ожидает еще троих членов ДПИК.

Мировое сообщество откликнулось достаточно вяло. Докладом о правах человека за 2003 г., в котором отметило, что курды недовольны тем, что новым губернатором провинции Курдистан назначен шиит, и что «постоянным источником многолетнего разочарования курдов является отсутствие общеобразовательных школ на курдском языке». В докаладе было также отмечено, со ссылкой на ДПИК о казнях её членов за 2001 и 2002 годы ( 6 человек).

Иранское руководство не могло обойти вниманием настроения определенных курдских кругов, готовых предложить себя в качестве орудия борьбы с исламским режимом в Иране в обмен на помощь по созданию национального курдского очага на иракской территории, имеющий выход к реке Шатт-эль-араб.

Такая точка зрения была высказана в 13 апреля 2003 г. Её изложил Горан Новицки в статье «Курды как опора безопасности» («Курдистан Обсервер»).

«Во всем регионе, - утверждал он,- только курды и Израиль борются с политическим исламом, угрожающим самому их существованию. Действительность состоит в том, что курдский регион не имеет выхода к морю и ее нахождение под властью шиитских или суннитских арабских правителей, не может обеспечить долговременную стабильность и безопасность в регионе ни для курдов, ни для США и их союзников…

Курды могут играть большую роль в регионе, если те, кто определяет политику в Вашингтоне, удостоверят их, что они дают курдам минимум, о котором те просят. … конечно, можно выдать и до-полнительные призы за курдскую поддержку США, реконструировав послевоенные иракские регионы в два курдских и арабских региона с одинаковым доступом к международным водам через водную артерию Шатт-эль-Араб. Такое устройство удостоверит, что территория послевоенного иракского государства будет защищена от угрозы со стороны Ирана курдской буферной зоной, которая про-стирается от Ханакина и Мандали к иракско-иранской границе и Тигру к Басре…

Эта стратегия также может дать США гарантию после ухода из Ирака - на случай, если послевоенный опыт даст карты в руки проиранским арабским шиитам, не внесшим вклада в осво-бождение Ирака и даже противостоявшим американским солдатам под Неджафом.

… Они также хотят избавиться от Саддама, но в то же время - распространить свою собственную гегемонию и революционное правление в регионе. Иранский план состоит в том, чтобы сделать проект освобождения Ирака болотом для США и вынудить США и их союзников оставить Ирак, как это произошло в Ливане, и затем заполнить политический вакуум самим. Тогда они смогут перевернуть послевоенный Ирак и завершить победой битву при Кербеле, которую они начали в ирано-иракскую войну против Саддама….

Но давайте спросим наших друзей в Вашингтоне, что они планируют предпринимать после ухода из Ирака? Послевоенная промежуточная администрация - хорошая идея в ближайшей перспекти-ве, но это - временное решение, не способное решить проблему дол-госрочно. Курдистан может стать необходим и превратиться в якорь для корабля американской политики в регионе, если курдская территория в послевоенном Ираке получит доступ к международному водному пути и Персидскому заливу (подч. мною –А.Л).

Это - ход, который поможет США не потерять своих позиций в послевоенном Ираке и использовать его как плацдарм для продвижения в Армению и в конечном счете Иран, если усиливающийся союз между Турцией и Ираном станет неразрывным.»

Американцы, как видим, пока не проявили должного внимания к этой инициативе, но иранцев такая перспектива вряд ли может устроить. Тем более, что такой проект может быть поддержан иранскими курдами, если будет достаточно хорошо профинансирован. К тому же курды разочарованы результатами политики реформ президента Хатами, о чём свидетельствует низкий уровень участия в президентских выборах. Процент принимавших участие в парламентских выборах в 2004 г. в провинции Курдистан был самым низким во всём Иране (Kurds Say no to Shiite Dictatorship By: Dr Gurgur Garrusi,Kurdish Canada Foundation, Mar 6, 2004).

К чувству разочарования, видимо, добавилось и чувство сопереживания успехам курдов Ирака, которые испытывали радость от открывавшихся перспектив.

Последние даже пустили в обращение в марте 2004 г. собственные денежные знаки с курдской символикой, отчеканенные в Швеции. На лицевой стороне монеты изображено "месопотамское солнце", 21 луч которого освещает четыре вершины, символизирующие курдские общины Турции, Ирана, Сирии и Ирака.

На монету достоинством 1000 динар помещен портрет "самого великого лидера курдов всех времен" - Салах-ад-дина верхом на лошади и с курдским знаменем в руках. Этот шаг политического руководства курдов Северного Ирака в соседней Турции не без основания расценили как продолжение политики по созданию в будущем в регионе независи-мого курдского государства.

Утверждение новой конституции Ирака в марте 2004 г., предоставляющей курдам права широкой автономии, отмечалось в Иранском Курдистане как свой национальный праздник. Однако поскольку курды Ирана восприняли это и как торжество победы курдов над шиитами, то они устроили демонстрации протеста против шиитского режима в Иране.

По данным курдских источников, массовые беспорядки наблюдались в городах Бане, Букан, Мариван, Мехабад, Пираншахр, Сардашт, Сакез и Сенендедж. Происходили столкновения с силами Корпуса стражей исламской революции (КСИР), нападениям подверглись отделения различных банков, некоторые из них были подожжены. В Мехабаде демонстранты прошествовали к могиле Кази Мухаммеда, чтобы почтить его память и поздравить с подписанием Иракской конституции.

После апреля 2004 г, ситуация в иранском Курдистане стабилизировалась, что связано с событиями в Ираке, где против амери-канцев выступили общим фронтом суниты и шииты. Верные американцам курды остались в стороне и заняли выжидательную позицию.

Им ничего иного не остается делать, как ждать и надеяться на победу своих американских покровителей. Без их поддержки в будущем курдам придется очень сложно восстанавливать отношения со своими историческими соседями, от которых никуда нельзя уйти. А отношения эти осложнились. В Иране это почувствовали на себе некоторые депутаты парламента от Курдистана. В адрес курдских парламентариев стали раздаваться телефонные звонки с угрозами их жизни и жизни членов их семей. Об этом рассказал в своей речи в парламенте 24 февраля 2004 г. депутат Бахаэддин Адаб.

А американцы пока больше заинтересованы в Турции и Иране. И потому, видимо, они не стремятся защищать курдов так, как они на это рассчитывают. Иран достаточно устойчиво развивает отношения с западным миром и даже с США.

По данным статистического центра США, в 2003 году товарооборот между Ираном и Америкой увеличился на 40%по сравнению с 2002 годом, сообщает агентство «Фарс».

В 2003 году объем иранского экспорта в Америку достиг уровня в 161 млн. долларов. В 2002 году этот показатель равнялся 152 млн. долларов.

Объем импорта американских товаров в Иран увеличился с 32 млн. долларов в 2002 году до 99 млн. долларов в 2003 году, т.е. более чем в три раза. Цифры небольшие, но главное - перспектива обозначена. К тому же, это только официальные данные.

 

Устойчивые отношения у Ирана и с Турцией. В середине февраля 2004 г. во время встречи с послом Турции в Тегеране Хашеми Рафсанджани указал на важность регионального сотрудничества между Тегераном и Анкарой в экономике и политике, подчеркнул его влияние на интересы и вопросы национальной безопасности двух стран. Но главное – он сделал заявление, что Исламская республика Иран намерена повысить уровень отношений с Турцией до уровня стратегического сотрудничества.Иран и Турция активно сотрудничают в вопросе борьбы с курдскими радикалами. Арестовывают и передают друг другу членов запрещенных на их территории курдских организаций. В Иране их, как правило, казнят.

В этом им практически никто не препятствует. Более того, в начале феврале 2004 г в Кувейте проходила конференция стран-соседей Ирака, в которой принимали участие министры иностранных дел Исламской республики Иран, Кувейта, Саудовской Аравии, Иордании, Сирии, Турции, Египта, Бахрейна, а также спецпредставитель генсека ООН по Ираку Ибрахими и главы МИД Ирака Зибари.

Основными вопросами этой встречи стали проблемы отсутствия безопасности в Ираке, поиски путей искоренения влияния террористических организаций в Ираке. Принимая во внимание состав участников конференции можно предположить, что под террористическими организациями в данном случае подразумевались прежде всего радикальные курдские силы, пытавшиеся нарушить сложившееся в регионе статус-кво.

16 февраля 2004 г. министр иностранных дел Ирана Камаль Харрази подчеркнул, что все участники конференции отметили необходимость передачи всей полноты власти в стране в руки иракцев, и вывода оккупационных войск с территории Ирака.

30 июня этого года вся власть в стране должна перейти в руки иракцев, что однако зависит как от проведения всеиракских выборов, так и от создания в Ираке законного временного правительства, обладающего конституционными полномочиями. Иначе говоря, оно должно устраивать не только курдов, но и шиитов.

В самом Иране власти, похоже, не очень беспокоятся по поводу возможных в ближайшем будущем курдских волнений. Более того, им даже удается формировать отдельные воинские подразделения, укомплектованные курдами, и продолжать проведение жесткого курса по отношению к вооруженной оппозиции.

2004 г.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить