Поиск

Наши партнёры



 Рейтинг@Mail.ru

 

 

 

Иракский Курдистан хочет помощи от России

  «Глава департамента международных связей правительства Курдского автономного района … обратился с просьбой оказать военную и гуманитарную помощь».

  Помощь – это значит не надо платить за продукцию, т.е. товары даром.

Здесь возникает вопрос, чем курды Ирака готовы заплатить России за «помощь», и как эту помощь они намерены использовать?

Курды любят повторять на английский манер, что у них нет постоянных друзей, но есть постоянные интересы.  Верно. И для России курды не друзья, а фактор интересов на Востоке. Кто больше заплатит и кто больше поможет в данный момент – тот друг и даже брат родной. Так принято на Востоке. И в Кремле это, конечно, понимают хорошо.

Понимают в Кремле и то, что иракские курды питают нежные политические чувства прежде всего к США и Британии, благодаря которым они встали на путь создания отдельного курдского государства и, разумеется, отделения его от Ирака.

Иракские курды, наряду с Ираном, сыграли огромную роль в ликвидации режима Саддама Хосейна и дестабилизации Ирака, следствием чего стало, кстати, появление ИГИЛ, с которым теперь курды воюют и просят помощи России. Таков парадокс союза с США и борьбы с Саддамом.

США и Британия, с их мощнейшими экономиками и военным потенциалом, могут без особого труда оказать любую военную помощь и помощь гуманитарную. Но курды решили обратиться к России. Почему?  Неужели Запад отказался помогать иракским курдам в этих вопросах или решил использовать их в своей игре с Россией на Востоке?

Мы не исключаем этот вариант, поскольку курды всегда были инструментом различных государств в их политической игре в регионе. Соответственную игру вели постоянно и различные группы курдов, стараясь использовать в своих интересах противоречия этих стран. Ситуация не изменилась и в 21 веке.

Понимают в Кремле, что между курдами не было, нет и, в ближайшей исторической перспективе, не будет единства. Очень много причин для разногласий и даже для прямых вооружённых конфликтов с кровавыми последствиями.

Иракские курды также не представляют собой   некого монолитного народа. Там тоже много противоречий. Многим иракским курдам, например, турки больше друзья, чем враги, чего нельзя сказать про курдов, проживающих на территории Турции, Ирана или Сирии.

Куда направят «помощь России» лидеры иракских курдов? На борьбу с организацией ИГИЛ, созданной США,   или для иных целей?  А может быть, для защиты российских интересов в регионе?

Россиян устраивает только последний вариант, который может принести им реальную пользу с процентами на вложенный доллар - как делают это США, например, и сами курды, которые мечтают создать своё государство путём перекройки границ ряда стран Востока.

А.Лукоянов, к.и.н., ИВ РАН

 Иракский Курдистан запросил у РФ военную и гуманитарную помощь

7 ноября 2016

Глава департамента международных связей правительства Курдского автономного района Ирака Фалах Бакир пояснил газете "Известия", что сейчас критически важен вопрос противодействия терроризму

МОСКВА, 7 ноября. /ТАСС/. Глава департамента международных связей правительства Курдского автономного района Ирака Фалах Бакир в ходе встречи с замминистра иностранных дел РФ и спецпредставителем президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки Михаилом Богдановым обратился с просьбой оказать военную и гуманитарную помощь. Об этом Бакир рассказал в интервью газете "Известия".

"Мы запросили (у России - прим. "Известий") гуманитарную помощь для оказания поддержки беженцам, которые пришли в Иракский Курдистан из других районов страны, а также из Сирии" - сказал Бакир. Кроме того, отвечая на вопрос, запрашивал ли он у российской стороны военную помощь, Бакир заявил: "Да, мы запросили такого рода поддержку".

Бакир отметил, что сейчас вопрос противодействия терроризму является критически важным. "Ведь борьба идет за, как ее называют, столицу ИГ (террористическая группировка, запрещена в РФ - прим. ТАСС). В этой связи мы считаем, что мировому сообществу, и прежде всего нашим союзникам, одним из которых является Россия, необходимо оказать нам разностороннюю поддержку", - подчеркнул он.

Встреча Михаила Богданова и Фалаха Бакира состоялась 1 ноября. Как отмечалось, стороны обсудили борьбу с террористической угрозой и политическую ситуацию в Ираке. Были рассмотрены конкретные вопросы дальнейшего налаживания двустороннего сотрудничества между Россией и Ираком с акцентом на Курдский автономный район.

Лидер иракских курдов: пришло время для референдума о создании курдского государства

Встреча курдских и и российских политиков

Ранее, в апреле 2016 года, делегация курдских политиков провела встречи с политическим руководством "Единой России".

Представители Демократической партии Курдистана обсуждали в Москве, в частности, борьбу с терроризмом и инвестиции в экономику.

Член высшего совета Демократической партии Иракского Курдистана Хемин Хаврами особо подчеркнул, что курды Ирака понимают, что "терроризм угрожает существованию Курдистана как такового". "Мы поддержим всех, кто готов бороться с ИГ, и примем любую помощь и поддержку", - сказал он.

"Отношения с Россией очень важны для нас. Мы разделяем общие ценности и общие взгляды на многие вопросы, в том числе по ситуации Ираке, Сирии и борьбе с террористами "Исламского государства", - сказал он. - Мы благодарны России за военную поддержку и надеемся, что ваша стана продолжит оказывать нам помощь, в том числе в сфере борьбы с ИГ".

Подробнее на ТАСС: http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/3762277


 «Иракский Курдистан ждет помощи от России»

Министр внешних связей регионального правительства Иракского Курдистана Фаллях Мустафа — о своем визите в Москву и перспективах отношений между Эрбилем и центральными властями Ирака

 Москву с визитом посетил министр внешних связей регионального правительства Иракского Курдистана Фаллях Мустафа. В российской столице он провел переговоры со спецпредставителем президента по Ближнему Востоку и странам Африки, заместителем главы МИДа Михаилом Богдановым, а также несколько встреч в Государственной думе. В эксклюзивном интервью «Известиям» курдский политик рассказал об итогах поездки, борьбе с ИГИЛ (деятельность организации запрещена в России) в Ираке и дальнейших планах Иракского Курдистана по сотрудничеству с центральными властями в Багдаде.

— В ходе вашего визита в Москву вы провели встречи в Государственной думе и  МИДе, где состоялись переговоры со спецпредставителем президента России по Ближнему Востоку и странам Африки, заместителем министра иностранных дел Михаилом Богдановым. Какие темы вы поднимали в ходе обсуждений? И в чем заключается цель вашего визита в российскую столицу?

— Этот визит состоялся по приглашению заместителя главы МИД России Михаила Богданова. Также, как вы отметили, прошли встречи в Госдуме. Мы заострили внимание на состоянии отношений между Иракским Курдистаном и Российской Федерацией и перспективах их развития. Кроме того, обсудили ситуацию в сфере борьбы с терроризмом. Я имею в виду противостояние ИГИЛ на всей территории Ирака. Также была поднята тема беженцев, находящихся на территории Иракского Курдистана. Мы обсудили возможности развития наших политических, экономических и культурных связей при посредничестве российского генерального консульства [в Эрбиле]. Мы отмечаем настрой обеих сторон на развитие наших отношений. Наконец, в ходе переговоров было уделено внимание ситуации в Сирии и в регионе в целом.

Для нас данный визит стал прекрасной возможностью прояснить позицию России по большому спектру вопросов. Кроме того, мы выступили с просьбой оказать поддержку силам пешмерга, которые ведут борьбу с терроризмом в лице ИГИЛ уже более двух лет. Многие бойцы заплатили за это своей жизнью. Мы испытываем гордость за ту роль, которую пешмерга сыграла в защите Иракского Курдистана и в деле освобождения Мосула. Мы запросили [у России] гуманитарную помощь для оказания поддержки беженцам, которые пришли в Иракский Курдистан из других районов страны, а также из Сирии.

— Не секрет, что ранее Россия — при согласии центрального правительства в Багдаде — осуществляла поставки оружия Иракскому Курдистану. В свете операции по освобождению Мосула выступили ли вы в ходе встречи с Михаилом Богдановым с просьбой оказать вам военную помощь?

— Да, мы запросили такого рода поддержку, поскольку сейчас вопрос противодействия терроризму является критически важным. Ведь борьба идет за, как ее называют, столицу ИГИЛ. В этой связи мы считаем, что мировому сообществу, и прежде всего нашим союзникам, одним из которых является Россия, необходимо оказать нам разностороннюю поддержку.

— И каким был ответ российской стороны?

— Россия выразила поддержку важности развития двусторонних связей, а также борьбе, которую ведет пешмерга против террористов. В этой связи [в Москве] заявили, что изучат наши запросы и постараются помочь.

— Несколько дней назад прозвучало заявление премьера регионального правительства Иракского Курдистана Нечирвана Барзани о намерении после освобождения Мосула инициировать переговоры с Багдадом об объявлении независимости курдского региона. Не могли бы вы прокомментировать и прояснить ситуацию?

— Позиция Иракского Курдистана по этому вопросу предельно прозрачна. В ходе визитов в Багдад премьера (Нечирвана Барзани) в конце августа, а также президента (Масуда Барзани) в конце сентября данная тема затрагивалась наряду с противодействием терроризму, беженцами и некоторыми другими, причем в центре внимания было именно будущее отношений между Багдадом и Иракским Курдистаном. Мы договорились создать комиссию, куда войдут представители обеих сторон, чтобы поддерживать диалог по этому вопросу. До того момента, к сожалению, взаимодействие не было успешным. В соответствии с конституцией Ирак является федерацией, что предполагает участие в принятии решений всех сторон. Но на практике это не реализуется. Таким образом, сейчас созрела необходимость в пересмотре путем переговоров возможностей сотрудничества с Багдадом и определения будущего [Иракского Курдистана] вплоть до [объявления] независимости. Первым шагом в этом вопросе должно стать обсуждение будущих отношений между Эрбилем и центральными властями Ирака. Таким образом, мы должны выработать некую формулу, которая устраивала бы обе стороны.

— Известно, что принципиальная позиция России заключается в необходимости сохранения территориальной целостности Ирака. Как вы оцениваете такой подход?

— Я бы сказал, что если Иракский Курдистан и Багдад придут к некой договоренности по этому вопросу, мы будем ожидать, что наши партнеры и союзники поддержат принятое решение. Мы настаиваем на необходимости диалога и достижении соглашений мирным путем.

— Вы сказали, что в ходе переговоров с Михаилом Богдановым внимание было уделено происходящему в Сирии. Между тем мы слышали заявления представителей США, что после освобождения Мосула они намерены выбить боевиков из Ракки. Очевидно, на земле это будет делаться силами сирийских курдов. Будут ли курды Ирака участвовать в этой операции, если она начнется?

— Наша принципиальная позиция заключается в том, что с ИГИЛ надо бороться как в Ираке, так и в Сирии, поскольку невозможно и недопустимо уничтожать террористов в одной стране, а в другой позволять им укрепляться. Исходя из этого должен отметить, что мы уже взаимодействуем с иракскими вооруженными силами в вопросе освобождения Мосула. Что касается Сирии, то это другой вопрос. Ситуацией в этой стране должны заниматься соответствующие ответственные силы. В свою очередь, мы готовы оказать им поддержку. Но вопрос нашего непосредственного участия в борьбе с ИГИЛ на территории соседнего государства является предметом обсуждения на высоком уровне. На данный момент наша позиция заключается в том, что мы боремся с терроризмом в Иракском Курдистане и прилегающих к нему районах, находящихся в пределах границ страны.

— В марте курдами и некоторыми другими силами было объявлено о создании федеративного региона на севере Сирии. Каково ваше отношение к этому шагу?

— Мы приветствуем идею федеративного устройства государства. Но в Сирии этот вопрос требует обсуждения и согласия всех сторон. В то же время хочу напомнить, что мы выступали за автономию Иракского Курдистана до падения режима [Саддама Хусейна] и после него. И несмотря на то что в итоге мы добились своего, можно констатировать, что в Ираке данный опыт провалился. 

— Судя по вашим словам, вы явно настроены на диалог с Багдадом. Но, исходя из событий последних лет, есть спорный момент, который едва ли сделает переговоры простыми. Это вопрос принадлежности Киркука (спорный город, который до активизации ИГИЛ в Ираке в 2014 году контролировался центральными властями, но потом был занят курдскими силами. — «Известия»).

— На самом деле главная проблема заключается в нежелании Багдада выстраивать равноправное сотрудничество [с курдами]. Если бы центральные власти рассматривали Иракский Курдистан как полноценного партнера, мы могли бы с легкостью разрешить ряд спорных моментов. Мы не можем работать в условиях, когда в стране якобы действует федеративная система, а на практике таковой системы нет. До 2003 года у нас были свои парламент и правительство. Мы сами строили дипломатические и торговые контакты с другими странами. После свержения Саддама Хусейна мы приняли решение вновь выстраивать отношения с Багдадом, чтобы построить федеративное демократическое государство. Но у центрального руководства страны явно были иные планы. И мы постепенно стали ощущать необходимость пересмотра наших отношений с иракскими властями с целью выработки другой модели взаимодействия. Таким образом, проблема Киркука и в целом границ Иракского Курдистана, как и другие проблемы, остаются в подвешенном состоянии.

— Как вы относитесь к присутствию турецких войск на иракской территории?

Мне кажется, этот вопрос требует дипломатической работы между Багдадом и Анкарой, что позволит им найти выход из сложившейся ситуации. Мы сейчас занимаемся проблемой борьбы с ИГИЛ и считаем, что если мы будем отвлекаться на иные вопросы, то это пойдет на пользу только террористам.

Читайте далее: http://izvestia.ru/news/642770#ixzz4PJvcbtGq

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить